Возможно, лучшее путешествие в жизни, или «грузия может стать любовью»

Вообще говоря, в Грузию я тогда попал до некоторой степени случайно. В том смысле, что ехать туда я вроде не собирался, о стране практически ничего не знал и вообще думал, что если и отправлюсь в Закавказье, то в первую очередь в Армению — на родину лучшего друга.

В Грузию же меня позвали папины друзья, компания которых в конце 2008 года получила заказ на прокладку там оптоволокна. Это значило, что на протяжении полугода они будут периодически сменять друг друга в Тбилиси и все это время у них там будет съемная квартира, в которую можно будет вписаться.

2009 год был, наверное, пиком взаимной изоляции России и Грузии, прямые авиарейсы между нашими странами были тогда отменены, поэтому пришлось добираться в Тбилиси (метка А на карте) через Ереван. По дороге туда я просто летел с пересадкой в столице Армении, на обратном пути — добирался до Еревана маршруткой и уже оттуда улетал в Москву. Возможно, лучшее путешествие в жизни, или грузия может стать любовью

Виза в Грузию тогда стоила для граждан России негуманные 60 баксов, но, даже несмотря на взаимную изоляцию, оформить ее можно было прямо в аэропорту по прилету в Тбилиси. Заполненную мной анкету проверил местный гэбэшник в тенниске Lacosta (я намекаю на то, что он был не в форме), который задал несколько уточняющих вопросов типа Вы впервые в Грузии? и поставил на моей анкете отметку зеленым маркером, по всей видимости, означавшую разрешить въезд.

После этого в соседнем окошке улыбчивая сотрудница грузинской полиции вклеила мне в паспорт красивую визу и пожелала счастливого пребывания в Грузии. Простота попадания в страну, конечно, шла в разрез с тем образом Грузии, которое тогда усиленно рисовало наше телевидение, но к этой теме мы еще вернемся.

У выхода из зала прилета меня уже ждал один из папиных друзей и нанятый ими водитель Гиви. Жить мне предстояло в съемной квартире на проспекте Руставели — наверное, самой европейской улице Тбилиси.

Несмотря на это, двор у нас был типично грузинский: с балкончиками и виноградом. Потом я нашел фотографию этого двора на одном из разворотов архивного номера Вокруг света за январь 2006 года.

Чтобы попасть к нам домой, надо было подняться по винтовой лестнице и пройти по веранде, на котором в свободное время гуляли в креслах пожилые соседи — милейшие, кстати, люди. Например, когда начинался дождь, они не считали за труд снять с веревок наше белье, сушившееся во дворе.

Из-за кривых рейсов мне пришлось провести в дороге всю ночь и в Тбилиси я прибыл ранним утром. В ожидании подъема других квартирантов мне удалось вздремнуть всего часок.

В результате вся поездка в Грузию так и прошла на фоне перманентного недосыпа, но все это с лихвой окупалось впечатлениями.

Первым делом мы отправились в Мцхету (метка В на карте) — древнюю столицу Грузии, сегодня — пригород Тбилиси, напоминающий, скорее деревню, чем город. В Мцхету едут прежде всего ради двух храмов: Джвари и Светицховели.

Джвари (между прочим, первая половина VII века!), строго говоря, находящийся за пределами населенного пункта, словно вырос из горы на том месте, где, по легенде, воздвигла крест Святая Нино. От храма открывается хрестоматийный вид на центр Мцхеты и место слияния рек Арагви и Куры.

Считается, что именно этому месту посвящены знаменитые строки Лермонтова из поэмы Мцыри:

Немного лет тому назад,

Там, где, сливаяся, шумят,

Обнявшись, будто две сестры,

Струи Арагвы и Куры,

Был монастырь. Из-за горы

И нынче видит пешеход

Столбы обрушенных ворот,

И башни, и церковный свод.

Про Светицховели же достаточно сказать, что он является одной из главных православных святынь Грузии и на протяжении тысячи лет, буквально до недавнего времени, считался главным храмом страны. И Светицховели, и Джвари включены в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

На обратном пути мы остановились в симпатичном придорожном ресторане с открытой верандой и уселись обедать ровно с таким видом на Джвари, как запечатлен двумя фотографиями выше. Я находился в эстетическом шоке от эффектности обрушившихся на меня пейзажей и постоянно повторял Да здесь охренительно!

Здесь просто охренительно!Впечатление усиливала вкуснейшие еда и лимонад как в детстве. Грузинская кухня — это отдельная тема, углубиться в которую значило бы никогда не дописать этот отчет. 🙂 Добавлю только, что в Грузии я постоянно вспоминал, как желая перекусить в аэропорту перед отъездом, не нашел в Домодедово ничего дешевле сэндвича за 330 рублей.

Сэндвич был вкусным и сытным, но его стоимость не давала мне покоя после того, как выяснилось, что в Грузии за эти деньги (да что там за эти — за 250 рублей) можно было полноценно пообедать: например, съесть несколько хинкали, закусив сыром, лавашем, свежими фруктами и зеленью и запив вином.

Вечером мы отправились на прием к Гиви (разумеется, он быстро стал для папиных друзей не просто таксистом). Чего уж там скрывать, рядовые грузины живут по нашим меркам бедно, но на их умении принимать гостей это не сказывается.

Вот и нас ждал у Гиви умопомрачительный стол. Не думаю, что наши посиделки можно считать классическим грузинским застольем — хотя бы в силу малочисленности грузин за столом (да и сам Гиви, кстати, грузинский армянин) — но некоторые культурные особенности я для себя открыл.

Например, в Грузии считается нормальным чокаться прямо во время тоста. То есть человек говорит тост, все его вроде бы внимательно слушают, а потом, не дожидаясь, когда он закончит, вдруг начинают чокаться. Но после этого не пьют, а продолжают слушать.

И так может повторять несколько раз — в зависимости от длины тоста.Второй культурной особенностью был 17-летний на тот момент сын Гиви Сейран, который на каждом тосте спокойно опустошал граненый стакан вина. 🙂 Застолье было веселым и долгим. Через какое-то время к нам присоединились родители Гиви, потом сосед, потом, кажется, друг… В общем, дальше я помню смутно. 🙂 Из отчетливых воспоминаний — то, как я стою в саду у дома Гиви (он живет в холмистом районе Авлабари, состоящем преимущественно из частного сектора), любуюсь огнями раскинувшегося внизу вечернего Тбилиси, перебираю в голове впечатления прошедшего дня и понимаю, что это, кажется, будет не просто очередная поездка, а, возможно, лучшее путешествие в жизни. 🙂

Следующее утро началось с неожиданного предложения распить бутылочку красненького. 🙂 После этого решили ехать в Сигнахи (метка С на карте). 🙂 Да, вот такой был план поездки, что все решалось спонтанно по факту наступления нового дня. 🙂 Поскольку мест в машине у Гиви на всех не хватило бы, мне еще с одним чуваком пришлось добираться в Сигнахи на маршрутке. Грузинские маршрутки — основной вид междугороднего транспорта — это, конечно, нечто.

Во-первых, хрен найдешь нужную — все надписи на табличках на грузинском. (Та же самая проблема, кстати, в метро, где даже непонятно, в какую сторону садиться на поезд — правда, проблема легко решается благодаря готовности местных помочь туристам.) Во-вторых, то, что у нас было бы, скажем, 17-местным микроавтобусом, в Грузии превращается в 20-местный. Все свободное пространство в проходах заполняется самодельными откидными стульчиками.

При этом люди (особенно в сельской местности) не стесняются перевозить в маршрутках крупногабаритный груз. Мы, например, (правда, в другой день) видели, как дедушка ехал в маршрутке с газовым баллоном — хорошо, что в тот момент в салоне были свободные места.

Говорят, таким образом вполне могут перевозить, скажем, свинью или барана. 🙂 В-третьих, манера вождения. Это, правда, относится не только к маршруткам. Если вы считаете, что в Москве сложно ездить на машине, попробуйте поездить в Грузии.

В городе водители считают, что линии разметки существуют для того, чтобы держать их между колесами, хаотично маневрируют, поворотниками пользуются в лучшем случае на перекрестках и уж точно не при рядовых перестроениях, и при этом постоянно друг другу сигналят. На загородных трассах к этому добавляется нарушение всех возможных правил и здравого смысла при обгонах.

Обгон через сплошную, двойной обгон, обгон в закрытом повороте, обгон с миганием фарами встречной машине — типа, прижмись левее — все это повседневная и повсеместная практика вождения грузинских автомобилистов. В общем, за час с небольшим дороги до Сигнахи я такого насмотрелся… :)Справедливости ради следует сказать, что маршрутки в Грузии очень дешевы.

Сейчас уже не помню конкретных цифр, но по моим подсчетам выходило, что в 2009 году всю страну от Черного моря до границы с Азербайджаном, передвигаясь на этом виде транспорта, можно было бы пересечь рублей за шестьсот.

Сигнахи — городок в главном винодельческом регионе Грузии Кахетии, живописно расположившийся на холме над Алазанской долиной и в годы правления Саакашвили превратившийся в одну из главных туристических витрин страны.

Сигнахи отреставрировали, вычистили и вылизали под Европу: мощеные улочки, разноцветные домики, резные балкончики. Не знаю, как сейчас, а в 2009 году город напоминал огромную киностудию: красиво, но как-то пустовато — будто в этих домах со свежеоштукатуренными фасадами никто не живет.

В условиях ограниченности времени ехать специально только в Сигнахи я бы, наверное, не советовал — в Грузии есть места поаутентичнее, а вот уделить городу несколько часов в случае путешествия по Кахетии, безусловно, стоит.

В нескольких километрах от Сигнахи есть еще и монастырь Бодбе, в котором находится могила Святой Нины, что, естественно, привлекает сюда кучу паломников. Его мы тоже посетили. В монастыре, помимо этого храма, есть еще оригинальная колокольня, но в кадр она не влезла. 🙂

По возвращении в Тбилиси мы забурились в нашу хинкальную в двух шагах от площади Свободы и в пяти минутах ходьбы от дома. Я в тот вечер побывал там впервые, и, отведав местную стряпню, понял, почему мужики во время командировки облюбовали это безымянное подвальное заведение.

Стоимость одного хинкали в 2009 году составляла 80 тетри (местные копейки), в переводе на российскую валюту — 8 рублей. То есть теоретически за 40 рублей (минимальная порция — пять хинкали) можно было бы как минимум плотно перекусить. Помню еще, что после плотного ужина в хинкальной мы попали под вдруг обрушившийся на Тбилиси град и, с трудом перемещая свои полные животы, бежали под ним в сторону дома по проспекту Руставели. 🙂

На следующее утро мы первым делом поднялись к церкви Святого Давида на горе Мтацминда. Сама гора, название которой переводится как Святая, — наверное, самая высокая точка в центре Тбилиси, но церковь находится на ее склоне.

Храм окружает Пантеон, где хоронят самых достойных сынов и дочерей Грузии. Здесь же, в отдельном склепе, покоятся Александр Грибоедов и его жена Нино Чавчавадзе.

Поднимаясь на Мтацминду, стали свидетелями вот такой сцены. Оказалось — известная грузинская фотограф снимала какую-то рекламу. Что характерно — никакой охраны, никто не мешает зевакам делать свои снимки — только в кадр не лезь. 🙂

После Мтацминды рванули на Черепашье озеро, которое связано канатной дорогой с тбилисским районом Ваке. На заднем плане на этой фотографии, кстати, можно разглядеть стадион Локомотив — именно здесь в 2002 году проходил памятный матч сборных Грузии и России по футболу, прерванный и перенесенный из-за того, что на арене погас свет.

Само Черепашье озеро — насколько я понимаю, главное место для отдыха на воде в черте города. С погодой в Грузии мне, кстати, повезло. На протяжении всей недели моего пребывания там было тепло и почти всегда солнечно, при этом обошлось без сумасшедшей жары — температура не поднималась выше 27-28 градусов.

На Черепашье озеро я приперся в том числе потому, что в непосредственной близости от него под открытым небом располагается этнографический музей народной архитектуры. Правда, идти туда пришлось одному — мои спутники предпочли другие виды отдыха.

Помимо домов, характерных для разных регионов Грузии, в музее можно увидеть квеври — огромные глиняные сосуды, в которых грузины закапывают в землю вино, оставляя на поверхности только закупоренное горлышко сосуда. Открытие квеври обычно приурочивают к каким-нибудь значимым поводам.

В этнографическом музее я случайно познакомился с Дато — по виду моим ровесником, который в выходной день пришел сюда на прогулку с мамой и двумя сестрами. Уже не помню точно, как у нас завязался разговор — кажется, поводом послужило то, что я присел отдохнуть на той же веранде, где уже сидели они — но через несколько минут Дато, словно извиняясь передо мной, высказался в том духе, что Грузия должна быть вечно благодарна России за то, что та избавила грузин от власти персов и турков, позволив сохранить православную веру.

Парень вообще поразил меня лояльностью и интересом к России. При этом начитанность и осведомленность о сегодняшнем дне нашей страны — Я слышал, у вас какие-то технопарки организуют? — сочетались в нем с наивно-провинциальными представлениями.

Так, узнав, что я приехал из Москвы и уже закончил институт, он тут же задал типичный вопрос провинциала: МГУ? А потом стал интересоваться высотой Воробьевых гор.

Оглянувшись вокруг, я честно сказал ему, что по грузинским меркам Воробьевы горы — вообще не горы. 🙂 Чувствую, пришло время рассказать о том, как в Грузии относятся к русским. На этот вопрос на улицах Москвы и сейчас 80 процентов случайных прохожих наверняка ответят, что нас там не любят, а в июне 2009-го, менее, чем через год после войны в Южной Осетии, многим казалось аксиомой, что русские для грузин — враги.Меня перед поездкой, конечно, тоже волновал вопрос межнациональных отношений, но папины друзья заверили, что никаких проблем с этим нет.

Эту же позицию я транслировал всем, кто, насмотревшись телевизора, предостерегал меня от поездки в Грузию, и заодно отшучивался, что в футболке с надписью Я русский по Тбилиси расхаживать, конечно, не стоит, а так — все нормально. Про футболку я был прав.

Но совершенно по другой причине. Потому что если бы вы вдруг появились в таком виде в грузинской столице, еще больше народа захотело бы с вами пообщаться (а, может быть, и выпить), чтобы заверить в своих самых дружеских чувствах к русскому народу. :)Практически каждый грузин, узнававший, что я приехал из России, считал своим долгом в той или иной форме, лаконично или красноречиво — в зависимости от склада ума и подвешенности языка — донести до меня мысль о том, что политики — дураки (Поссорились два идиота), а русские и грузины — братья навек, а заодно рассказать о живущих в России родственниках или о том, как они сами жили/служили/бывали (нужное подчеркнуть) в нашей стране.

Продавцы в магазинах, билетеры в кассах, экскурсоводы в музеях, попутчики в транспорте и просто случайные прохожие — ВСЕ!При этом большинство из них — даже тот самый дедушка с газовым баллоном, подсевший в маршрутку в глухой деревне — могли поделиться своим или чьим-то еще, как правило, безуспешным опытом получения российской визы. Все-таки Грузия со времен Советского Союза сильно завязана на Россию — если не экономически, то в плане родственных связей уж точно — и перечеркнуть эти связи невозможно.

Я чувствовал себя неуютно каждый раз, когда мне рассказывали о том, что рядовому грузину практически невозможно получить визу — ведь я приехал в их страну, а их в мою не пускают — но сами грузины удивительным образом четко разделяли свое недовольство бюрократическими порядками и отношения к простым людям. Потому что политики — дураки, а простые люди — см. выше. :)Не знаю, как обстоит дело сейчас — все-таки в последние годы, судя по отчетам в интернете, наших туристов в Грузии стало побольше — но в 2009 году русские в Грузии были самыми востребованными людьми.

Мы были как любимые родственники, которых к тому же давно не видели. То есть мало того, что нас там всегда любили, так тут еще и соскучились. 🙂 О том, что от русских в Грузии к тому моменту немного отвыкли, говорит тот факт, что несколько раз наши собеседники, заслышав русскую речь, предполагали, что мы приехали с Украины — встретить в Грузии гражданина этой страны тогда было гораздо проще, чем гостя из России.

При этом весной-летом 2009 года в Грузии, как это казалось по выпускам новостей, было неспокойно. Постоянно шли какие-то митинги, периодически перераставшие в столкновения с полицией.

Перед зданием парламента на проспекте Руставели, в двух минутах ходьбы от нашего дома, действительно стояло подобие палаточного лагеря — движение по этой части проспекта было закрыто — и шли митинги: днем жиденькие, по вечерам — помноголюднее. Впрочем, на нашем пребывании в Грузии это никак не сказывалось.

Только однажды поздним вечером, когда я решил сфотографировать здание парламента, перед которым стояла толпа народа, ко мне подошел какой-то человек, спросивший, зачем я снимаю, и попросивший этого не делать. Впрочем, краткая лекция о текущем политическом моменте тоже быстро переросла в заверения о том, что гостям из России в Грузии всегда будут рады. 🙂

Четвертый день своего путешествия я полностью посвятил центру Тбилиси. Конечно, я уже видел его кусками в предыдущие дни, но тут пришло время плотного знакомства.

Если вкратце, то Тбилиси — это один из самых красивых, необычных и колоритных городов, которые я видел. Мне захотелось не просто сюда вернуться, а как-нибудь пожить здесь хотя бы пару недель.

Можно сказать, что я приехал в Тбилиси ради этого вида, подсмотренного в путеводителе. Наверху — нависшая над городом крепость Нарикала, на переднем плане — купола знаменитых серных бань (одни из них хвалил сам Пушкин), с которых, можно сказать, начался город.

По легенде, в V веке в этих местах охотился царь Вахтанг Горгасали. Монарх подстрелил фазана, который упал в источник с горячей водой и сварился там.

Рядом с этими источниками Вахтанг и велел основать новый город, который получил свое имя от слова тбили — теплый.

В Тбилиси в силу рельефа много видовых точек. Одна из самых интересных — крепость Нарикала, со стен которой можно созерцать такой пейзаж.

Мне особенно нравятся деревянные дома-наросты на каменном утесе над Курой. В голубом доме с белыми балконами размещается отель Старый Метехи (Метехи — это имя ближайшей церкви).

Когда-нибудь я обязательно в нем остановлюсь.

У подножия хребта Сололаки, на котором расположена крепость Нарикала, раскинулись карабкающиеся в гору районы старого Тбилиси.

Еще по соседству с Нарикалой возвышается Мать Грузии — скульптура женщины, держащей в одной руке меч, а в другой — чашу (видимо, с вином). Я понимаю посыл автора так: кто с нам с мечом придет, от меча и погибнет (ну, это понятно), а кто без меча придет — напоим вином до смерти. 🙂 В стране, где вино пьют как воду (и стоит оно как вода), а в некоторых заведениях нельзя заказать вина меньше, чем целый графин, это вполне возможно. 🙂

Старый город — это еще одно тбилисское нечто. Здесь бесполезно пытаться ориентироваться и искать на домах таблички с адресами — в лучшем случае найдете что-нибудь на грузинском или какой-нибудь советский артефакт типа Этот дом обслуживает ЖЭК № 67, но без адреса.

Поэтому смело убирайте карту подальше и позвольте себе потеряться в этом хитросплетении кривых и крутых улочек, переулков и уютных двориков.

Дома в старом городе — это нагромождение балконов, террас, веранд и лестниц. Порой нагромождение столь хитрое, что сложно разобраться, где заканчивается одно здание и начинается другое.Иногда все это выглядит аккуратно и почти утонченно…

…иногда — донельзя обшарпанно и держится к тому же на соплях. Но в любом случае все это очень мимимишно и романтично. 🙂

Гуляя по кварталам старого города, особенно в более горной его части (этот район называется Сололаки), сложно отделаться от ощущения, что ты находишься у кого-то в гостях. Через открытые окна слышно, как на кухнях, обедая, стучат ложками по тарелкам, а улица может неожиданно закончиться тупиком в виде лестницы, которая в итоге упрется в чью-то дверь.

По всему старому городу раскидана куча церквей. Судя по внешним признакам, грузины очень религиозны. На улицы постоянно можно видеть, как люди, проходя мимо храмов, останавливаются и крестятся.

Причем относится это не только к представителям старшего поколения. А еще можно встать у какой-нибудь церкви и понаблюдать за пассажирами (а иногда и водителями) проезжающих мимо автобусов и маршруток.

В окна несложно разглядеть, как несколько человек будут осенять себя крестным знамением.

Самый большой храм грузинской столицы — Самеба — Святой Троицы. Самеба — это в каком-то смысле аналог нашего храма Христа Спасителя.

Церковь была построена в 1995-2004 годах и символизирует духовное возрождение страны. Именно он отнял у Светицховели титул главного собора Грузии.

У храма огромная территория, на которой нашлось место даже для прудика с лебедями. На заднем плане, кстати, высится гора Мтацминда, отмеченная телевышкой.

На ее склоне можно разглядеть и церковь Святого Давида с Пантеоном, где мы уже бывали.

Вокруг Самебы раскинулся район Авлабари, исторически считающийся местом проживания армян. Здесь тоже полно колоритных уголков.

Остановился сфоткать вот эту антикварную лавку. Из помещения тут же вышел хозяин и предложил зайти внутрь.

Я честно признался, что ничего покупать не собираюсь. Он говорит:

— Тогда заходите на чашечку кофе.

— Спасибо, но я кофе не пью.

— Ну, тогда давайте просто поговорим. :)В общем, зашел — поговорили. Выслушал от хозяина и его напарника очередные истории о том, как он жили-служили-бывали в России. 🙂 Напарник, кстати, как оказалось, в свое время работал в каком-то мебельном цехе в Зеленограде, где я живу. Мир тесен. 🙂

Это рассказ о небольшом путешествии по Грузии в 2009 году, на пике взаимной изоляции этой страны и России после войны в Южной Осетии. Начало здесь.В первой части рассказа мы успели побывать в Мцхете, Сигнахи и находиться по Тбилиси, теперь же отправимся в родной город Сталина Гори, погуляем в горах в окрестностях пещерного города Вардзия, наберем боржоми из краника на одноименном курорте и совершим увлекательную пьяную поездку на поезде узкоколейной железной дороги Боржоми — Бакуриани.

На пятый день Гиви повез меня в Гори (метка D на карте) — город километрах в 80 западнее Тбилиси. Примерно две трети пути мы преодолели по шикарному автобану, который сейчас наверняка протянули уже гораздо дальше.

Гори примечателен прежде всего тем, что именно в этом городе родился Сталин. Любовь к знаменитому земляку была здесь столь сильна, что в качестве здания для его музея отгрохали настоящий дворец (на заднем плане).

Если не ошибаюсь, его строительству не помешало даже разоблачение культа личности вождя народов. Скромный домик, в котором появился на свет Иосиф Джугашвили, перенесли к музею и возвели над ним павильон, напоминающий вестибюль станции метро.

Главный проспект Гори тоже носит имя Сталина, а на центральной площади города в 2009 году еще стоял памятник ему. Монумент убрали через год после моего визита.

Впрочем, осталась вторая скульптура, стоящая у музея.

Еще тут есть расположенная на горе в центре города средневековая крепость Горисцихе. В самой крепости нет ничего, кроме камней и флагштока со стягом Грузии, но подняться сюда стоит, чтобы взглянуть на Гори с высоты.

В верхнем левом углу на предыдущем снимке можно разглядеть ряды домиков с одинаковыми голубыми крышами. Это строившийся в тот момент городок для беженцев из Южной Осетии.

На обратном пути в Тбилиси мы остановились у другого такого, уже построенного и обжитого, городка.

Граница с Южной Осетией, которую Россия признала независимым государством, а Грузия считает своей оккупированной территорией, проходит совсем недалеко от Гори. Посещение этих мест заставляет по-новому взглянуть на событие августа 2008 года, которые у нас тогда чаще именовали военной операцией по принуждению Грузии к миру, а в самой Грузии все поголовно называют войной.

Начинаешь воспринимать те события по-новому, когда буквально за час долетаешь по шоссе из Тбилиси в Гори, в котором годом ранее стояли российские танки. Многие жители Грузии тогда были уверены, что эти танки вот-вот пойдут на Тбилиси…Но даже в Гори, несмотря на танки, бомбежки и погибших, люди, похоже, сохранили нормальное отношение к русским.

Мне не случилось с кем-то тесно пообщаться в этом городе, да и перемещался я там в сопровождении Гиви, но везде спокойно разговаривал на русском языке, и ни у кого из окружающих это не вызывало никакого негатива. А экскурсовод в музее Сталина лишь с горечью пожаловалась мне, что российские солдаты, занявшие Гори в августе 2009-го, не только не знали, что этот город является родиной Сталина, но и удивлялись тому, что грузины исповедуют православие…После поездки в Грузии у меня не укладывается в голове, как стала возможна война между нашими странами.

Более дружественно настроенный к русским народ, чем грузины, надо еще поискать…

Вечером того же дня мы должны были отправиться в двухдневное путешествие по маршруту Тбилиси-Ахалцихе-Вардзия-Боржоми-Бакуриани-Тбилиси. Точнее, готовил-то эту поездку я только для себя, но мои командировочные друзья неожиданно заявили, что вполне могут отложить свои рабочие дела на пару дней и прокатиться со мной по грузинской провинции.Собирались мы в спешке, после окончания рабочего дня.

Хотя много ли надо трем мужчинам на два дня? Три рюкзака с фотоаппаратами, в каждом по паре свежих носков и трусов и по рулону туалетной бумаги (вот реально каждый взял по рулону!), да один штатив на всех. :)Пока мужики перекусывали после работы в какой-то привокзальной забегаловке, я затаривался в дорогу.

Вино предполагалось взять в том же заведении, где они ужинали. Нет, в меню его, конечно, не было, но в редкой грузинской закусочной у продавцов не найдется своего вина на продажу. Тут, правда, как раз не оказалось — была только чача.

Пришлось брать ее. 🙂 Потом я сбегал на привокзальный рынок за алычой и черешней. Помню, мужик, продававший ягоды, сделал мне скидку за то, что я молодой, красивый и русский.

Вот вам когда-нибудь делали скидку за то, что вы — из России? Нет, я верю, что на словах такое возможно в каком-нибудь Египте, но убежден, что в Грузии это было гораздо искреннее. Поезд, в котором нам предстояло за ночь добраться до Ахалцихе (метка Е на карте), был просто песТня.

Теоретически это был плацкарт, но ни белья, ни даже матрасов и одеял в нем предусмотрено не было. Даже за деньги.

К тому же, пассажиры занимали места, как захотят, и нам досталось только купе у туалета. В стене при этом была огромная щель, через которую из туалета падал лучик света.

Член нашей компании, спавший у этой стены, утверждал, что просыпался каждый раз, когда в туалете ночью кто-то, извините, пукал. 🙂 Ко всему прочему, расстояние в 200 с небольшим километров этот поезд преодолевал в течение аж восьми часов. Правда, и проезд в нем стоил всего 4 лари (80 рублей) с человека.

Вскоре после отправления к нашей компании присоединился Резо — крупный седовласый подвыпивший мужчина за пятьдесят. Он услышал русскую речь и решил пообщаться с нами — о России, о Грузии, о политике, об истории — в общем, о жизни.

Поначалу я отнесся к новому компаньону без особой симпатии, но вскоре выяснилось, что Резо — интересный и образованный собеседник. Узнав, что мы направляемся в Вардзию, он вкратце пересказал историю этого пещерного города.

При этом Резо вовсе не был профессором истории — в Тбилиси он ездил наниматься на дорожно-строительные работы.Помню, наш друг очень возмущался сменой геополитических ориентиров Грузии. Ну, на кой мне сдалась эта Америка?

Ну, разве я могу туда поехать, а мой сын, мой внук может поехать в Америку?! То ли дело Россия, — сокрушался он на полвагона.

Еще Резо очень расстраивало, что среди велотуристов, периодически посещающих его живописную горную деревушку в последние годы совсем нет русских. Приезжают голландцы, немцы, даже американцы, а русских — нет!Ну, а апогеем его выступления была вот это история, которую я теперь пересказываю как притчу, объясняющую, почему Грузии надо дружить все-таки не с Западом, а с Россией.

Вот заходит ко мне иностранный путешественник, говорит: Хозяин, разреши поставить у твоего дома палатку. Я ему говорю: Вах, дарогой, какая палатка — живи в доме!

Выпьем, поговорим — гостем будэшь! А он мне: Нет, спасибо, мне бы только палатку поставить. Не заходыт х..плет ко мне в дом, понимаэте?!

Ну, разве русский бы отказался?! Понимаем, Резо, понимаем. Мы бы не отказались. 🙂

На фото витрина палатки на ночном перроне одной из промежуточных станций (снято из окна поезда).

Утром в Ахалцихе выяснилось, что к моменту прибытия на конечную станцию от нашего поезда остался лишь электровоз да наш вагон. Немногочисленные пассажиры быстро растворились в пустоте утреннего города, никакими маршрутками и не пахло, и мы чуть было не остались на привокзальной площади одни.

Хорошо, что еще в поезде мы договорились с одним соседом по вагону, что он, если что, подкинет нас до Вардзии (метка F на карте). Армянин Гамлет с сыном Фрунзиком ездил в Тбилиси оформлять российскую визу, а в родной Ахалкалаки должен был добраться на машине, которая ждала его в Ахалцихе.

За небольшую плату он согласился сделать крюк от шоссе, чтобы доставить нас на место.Местами разбитой, местами свежепостроенной, но на всем протяжении очень живописной дорогой мы добирались до Вардзии часа два. Все дело в том, что чуть ли не каждые десять минут мы делали остановки для того, чтобы запечатлеть самые впечатляющие пейзажи — когда еще доведется встречать рассвет в горах! Гамлет с Фрунзиком относились к просьбам остановиться с пониманием, и после каждого нашего вау Гамлет услужливо притормаживал, интересуясь, не угодно ли господам путешественникам сделать очередной фото-пит-стоп. 🙂

В том месте, где от шоссе Ахалцихе — Ахалкалаки отворачивает дорога на Вардзию, находится одна из самых хорошо сохранившихся средневековых крепостей Грузии — Хертвиси.

После нее пейзажи становятся все более неземными.

Ну, а вот и сама Вардзия. Вот так этот пещерный монастырь — одна из главных достопримечательностей Грузии — выглядит со стороны.

В этот день мы, разумеется, были первыми посетителями музея-заповедника и у входа на его территории столкнулись с директором сего учреждения.Меня зовут Владимир Семенович — как Высоцкого, — с гордостью представился он и начал рассказывать о перспективах развития туризма в Вардзии, параллельно ностальгируя по советскому времени, когда все сегодняшние перспективы были реальностью, а через поселок проходило несколько всесоюзных туристических маршрутов. Ну, что вам там такого о нас рассказывают, что вы к нам едете?! — допытывался Владимир Семенович, хотя спрашивать об этом нас было бесполезно, ведь мы-то как раз вопреки всему уже приехали.Помимо директорства в музее-заповеднике Владимир Семенович занимается бизнесом: держит в поселке гостевой дом и разводит рыбу, для которой, кстати, заказывает специальный корм из Норвегии — зацените размах бизнеса! 🙂 Владимир Семенович и уговорил нас остаться в Вардзии на весь день, хотя до этого мы планировали заночевать в Ахалцихе.Ну, что вам делать в этом Ахалцихе?

Оставайтесь у нас — в горы сходите. Завтра в девять часов маршрутка будет — на ней и поедете.

Я договорюсь, чтобы она прямо у нашего дома остановилась, — уговаривал Владимир Семенович. И, конечно уговорил. 🙂

Что до Вардзии, то это целый пещерный город. Построен он был в XII-XIII веках, в том числе для защиты от завоевателей (отсюда всего несколько километров до границы с Турцией).

Происхождение названия комплекса легенда связывает с именем царицы Тамары, которая якобы в детстве играла в этих пещерах в прятки со своим дядей. Однажды она спряталась так хорошо, что дядя уже почти отчаялся ее найти, и в этот момент будущая правительница Грузии выпрыгнула из своего укрытия с криком: Ак вар, дзиа! — Я здесь, дядя! :)Поначалу пещерный город полностью находился внутри скалы, но потом из-за землетрясения от нее откололся большой кусок, и пещерные постройки лишились маскировки.

Впрочем, и сегодня здесь остались внутренние проходы — по ним, как и по внешним террасам, разрешается лазать туристам.

Центр пещерного комплекса — Успенская церковь, в которой сохранились настенные роспиcи XII (!) века.

После обеда, переждав дождь, мы по совету Владимира Семеновича отправились на горную прогулку к монастырю Верхняя Вардзия. С собой захватили пожилого немца Хорста, в одиночку путешествовавшего по Грузии и также остановившегося в доме у директора музея.

Вышли из поселка и пошли в указанном Владимиром Семеновичем направлении в поисках нужного поворота. Поворота все не было и не было и, поэтому завидев компанию на автомобиле, разбившую пикник на берегу Куры, решили уточнить у них дорогу.

Я оставил своих спутников на тропе, а сам отправился к отдыхающим. Как оказалось, один я пошел зря.

Пока к нам не подошли все мои компаньоны, мы не поговорили и не выпили с организаторами пикника по стакану вина, дорогу они нам не сказали. Да-да, иногда грузинское гостеприимство бывает и принудительным. 🙂

В дороге к монастырю нас застал сильный дождь. Мы уже приготовились промокнуть до нитки — деваться-то в горах было некуда — когда на горизонте показался спасительный коровник. О том, чтобы зайти внутрь не было и речи — вонь там стояла такая, что лучше уж было промокнуть.

К счастью, на чердаке коровника оказался сеновал, где пережидать непогоду, любуясь горными пейзажами, оказалось гораздо приятнее.

До монастыря мы все-таки дошли. Он оказался современным, хотя в нем и нашлась церковь, частично сохранившаяся то ли с X, то ли XI века. Для России это была бы нереальная древность, а в Грузии — обычное дело.

О монастыре нам вкратце рассказала молодая монашка, говорившая по-английски, но не знавшая русского.

Следующим утром маршрутка на Ахалцихе действительно подобрала нас прямо у дома Владимира Семеновича. Пообещав хозяину когда-нибудь приехать снова, мы отправились в обратный путь по живописной горной дороге.

Тогда же как раз и встретили дедушку с баллоном, о котором я упоминал в начале рассказа.С пересадкой в Ахалцихе мы добрались до Боржоми (метка G). Врать не буду — город произвел не самое яркое впечатление.

Может, погода сказалась, может разруха — известный курорт явно переживает не лучшие времена.Это вид на город от верхней станции канатной дороги.

Главная достопримечательность города — небольшой парк, в котором — вот прям в этом павильоне — можно набрать из-под крана настоящий Боржоми.

Впрочем, в Боржоми мы приехали не столько ради самого города, сколько из-за узкоколейной железной дороги, связывающей его с горнолыжным курортом Бакуриани (метка Н на карте) и имеющей репутацию одного из самых живописных маршрутов Грузии.Приехав на вокзал, мы обнаружили вот такой поезд, состоящий из двух вагонов: современного, с панорамными окнами, и винтажного. Билет в первый стоил 2 лари (40 рублей), во второй — вдвое меньше.

Мы выбрали дорогой вариант и оказались единственными пассажирами в вагоне. Впрочем, там уже тусовалась вся поездовая бригада, кроме собственно машиниста и его помощника: начальник поезда, два проводника, электрик и кто-то еще.

По-моему еще до отправления из Боржоми железнодорожники начали готовиться к походному застолью, а после того, как состав тронулся, пригласили присоединиться к нему и нас.

Мы внесли в общий стол бутылку минералки, пару бананов и воздушные хлопья — все, что удалось купить в спешке перед отправлением поезда. Нашу воду тут же вылили в окно и с помощью ножа сделали из бутылки два дополнительных стакана. Пили чачу. Сначала чачу.

Потом было вино. Его на одной из промежуточных станций принес в пятилитровой баклашке какой-то кореш наших новых знакомых.

Кстати, из этих самых знакомых по-русски более-менее сносно говорили всего два человека. Впрочем, это абсолютно не мешало нашему полному взаимопониманию.

Мне пригодилась для тоста история про прапрапрабабушку-грузинку. А один из наших попутчиков произнес простой и короткий, но очень красивый тост: За Грузию, грузин и всех, кто ценит грузинскую красоту.

В исполнении внутреннего голоса слоган может показаться излишне пафосным, но тогда в поезде он звучал вполне естественно и уместно. В общем, это была самая незабываемая поездка на поезде в моей жизни.

На одном перегоне мы даже в кабине электровоза прокатились. Ну, а что такого? Подошли к машинисту, попросились — и прокатились.

Это ж Грузия — тут все возможно! Единственное, чего я так и не понял, это были ли по дороге красивые виды — надо будет еще раз приехать. 🙂

Про Бакуриани я теперь всем рассказываю, что это единственный город, в котором я был и совсем этого не помню. 🙂 Воспоминания о нем отрывочные: помню эту автостанцию, помню полицейский участок (нет, нас туда не забрали — мы просто мимо проходили :)), калитку с кованой эмблемой Адидаса и то, как уронил с ложки кусок мяса в тарелку наваристого харчо и забрызгал жирными пятнами свою белую кофту. 🙂 А, еще помню, как обратном пути в маршрутке (по автодороге из Бакуриани в Боржоми можно добраться намного быстрее — за полчаса против двух с половиной на поезде), так крепко уснул, сидя рядом с водителем, что на одном из поворотов на серпантине завалился к нему на плечо. 🙂

Из Боржоми в Тбилиси добирались проходящей (и последней в этот день) маршруткой из Ахалцихе. После Гори мы остались в салоне чуть ли не одни. У водителя на удивление играла не грузинская музыка и не русский шансон, а советско-российская эстрада.

В общем, мы летели в ночи на видавшем виде Форде Транзите по грузинским дорогам, пили из баклашки набранный из-под крана Боржоми, орали игравшую в магнитоле песню Позови меня с собой — я приду сквозь злые ночи и были счастливы. На следующий день пришла пора уезжать из Тбилиси.

Я в последний раз прогулялся по городу, затарился вином и сувенирами, и потом Гиви отвез меня на автовокзал. На прощание я пожал Гиви руку и поинтересовался, могу ли считать, что у меня в Тбилиси теперь есть друг. Ну, конечно, Паша, — ответил он.

Минут через сорок набралась полная маршрутка желающих попасть в Армению и мы отправились в путь.Большая часть пути в Ереван проходит по территории Армении, поэтому уже через час мы выехали из Грузии. На границе у меня реально подступил комок к горлу.

Гамарджоба, — поприветствовал я полицейского, протянув ему паспорт. Здравствуй, дарагой! — отозвался он. Мне прям обидно стало: ну, какое к черту здравствуй, неужели нельзя было в последний раз сказать мне гамарджоба — когда еще я это услышу?!

Я уезжаю из страны, в которой провел одну из самых восхитительных недель в своей жизни, а он — здравствуй. 🙂 Полицейский проверил мой паспорт, поставил штамп и пожелал счастливого пути. Впереди были выходные в Армении, но это уже совсем другая страна и другая история.

Прощаться с Грузией было очень грустно. Пока, Сакартвело! Мне было очень хорошо у тебя в гостях. Когда-нибудь, я обязательно вернусь!..

P.S. Через несколько дней после возвращения в Москву я, поздравляя одно из оставшихся там друзей с днем рождения, поинтересовался, как ему понравился Уплисцихе — еще один пещерный комплекс, который они посетили уже после моего отъезда.

Ответ был примерно таким: Уплисцихе — интересное метро. 🙂 Было много туристов. Экскурсовод еще попался хороший, домашним вином угощал. Вот эта история про экскурсовода, угощающего туристов домашним вином — это просто квинтэссенция Грузии! 🙂

Гостеприимство Девушек в Грузии. Отдых и Путешествие по Грузии. Настоящая Грузия


Вы прочитали статью, но не прочитали журнал…

Читайте также: