Ладакх. самый высокий перевал

Для этого мы зашли в один из туристических офисов, и сдали паспорта для получения пермита в долину. В долине проходит граница с Китаем, с которым отношения у Индии напряженные.

Поэтому для въезда в приграничную зону нужно особое разрешение, которое, впрочем, выдается без особых трудностей.

На следующий день, вооруженные солидным запасом воды (памятуя о прошлом опыте резкого подъема) мы пришли к офису, где нас уже ждал небольшой джип. Водителем джипа оказался совсем крошечный молодой тибетец.

Он был такой низкий, что ему приходилось подкладывать специальную подушку под спину, иначе он не доставал до педалей. Получив еще по бутылке воды в качестве бонуса от офис-менеджера мы отправились в путь.

Впереди лежал перевал Кхардунг ла. Оставив позади лехскую долину, мы начали подниматься вверх по крутому серпантину. Пройдя пост проверки документов, мы оказались уже в снежных горах. Ощущения подъема пришли довольно скоро.

Стало пересыхать во рту, и мы даже не закрывали бутылку, по очереди попивая из неё. Ладакх. самый высокий перевал

Стало довольно холодно. Разряженный воздух проникал куда-то внутрь тела, высасывая тепло.

Мы закутались во все, что было, включая аэрофлотовские пледы. Уже на подъезде мы попали в нешуточную пробку. Очередная военная колонна, несколько грузовиков, спускались вниз.

Машины жались к самому краю пропасти, а грузовики колесами наезжали прямо на гору, накреняясь градусов на 20. Мы на всякий случай вышли из машины, так как эти пируэты выглядели довольно опасно.

Грузовик легко столкнул бы легковую машину с километровой высоты, и совсем не хотелось оказаться в ней в этот момент! До перевала оставалось метров 300.Водитель предложил нам пройтись, чтобы не ждать.

Но отходить от машины было страшно. Здесь высота чувствовалась очень остро.

Небольшое усилие, как, к примеру, пройти быстрым шагом метров 20, приводило организм в какое-то ватное и неуверенное состояние. Трудно описать, но если бы это чувство усилить, то примерно как перед падением в обморок.

Ты словно резко обессиливаешь. Конечно, о предобморочном состоянии речи не шло, но оно как-то маячило на горизонте.

От этой зыбкости в теле ты начинаешь двигаться очень осторожно и плавно. Как при мигрени, боясь сделать резкое движение и спровоцировать боль.

Просматривая видео впоследствии, я обратил внимание, что мы оба говорили очень гнусавыми голосами, что, видимо, так же было следствием перепада давления.

Наконец, колонна машин тронулась, и мы достигли верхней точки. Там уже было много людей. Все фотографировались на фоне самого высокогорного кафе и таблички, гласящей о том, что данный перевал — самый высокий автомобильный перевал в мире. На самом деле, это не так.

Индийские географы, с целью присвоения рекорда, отметили здесь высоту в 5602 метра, в то время как её реальная высота — 5359 метров, что показали точные измерения по GPS. Высочайшими же автомобильными перевалами являются Суге Ла, западнее Лхасы, 5,430 м (17,815 ф), и Семо Ла 5,565 м (18,258 ф), между Рака и Кокен в центральном Тибете.

Тем не менее, 5359 был записан нами в личный рекорд, что чуть выше седловины между вершинами Эльбруса.

Пробыв на этой высоте минут 15 и познакомившись с очень интеллигентной индусской парой, свободно и даже без акцента изъясняющейся на очень правильном русском (женщина училась в МГУ, а мужчина в Киеве), мы решили двигаться вниз. Обратная дорога заняла гораздо меньше времени, отчего у нас сильно заложило уши.

Тепло распрощавшись с нашим водителем (по дороге он рассказал нам, что его дед никогда не пробовал овощей, а питался всю жизнь мясом, молоком и хлебом), мы пошли догуливать день по Леху.

Восторг Рериха вызывало то, что слово Шамбала рождала в местных жителях бурю положительных эмоций (что он описывал в книге Сердце Азии). Мы спросили про Шамбалу у нашего тибетца. Тот долго не мог понять, о чем вообще мы говорим.

А потом сообразил, что де это вымышленная страна, о которой поется в народных песнях. Благоговения он при этом явно не испытывал. Про добуддистскую религию Бонпо он вообще ничего не слышал.

В общем, толи тибетец нам попался не тот, толи Рерих, обобщая всех жителей от Лхассы, до калмыков и обитателей Тянь-шаня и Памира все-таки немного слукавил.

Гуляя по Леху мы дали небольшое интервью одному из центральных индийских телеканалов, на тему Лех — чудесное место, и ай да все в Ладакх дивиться красотами.

А на следующий день мы улетали с военного аэродрома рядом с Лехом, который так же обслуживает и гражданские рейсы примерно 6 месяцев в году.

Подытожив, хочется сказать следующее. Восторгов по поводу величия духа здешних обитателей, которыми просто пропитаны сочинения Николая Рериха, я не испытываю.

По моему мнению, бытие во многом определяет сознание. Для ума нужна пища, которая суть наш окружающий мир.

Если он сложен и многогранен, то и сознанию есть что постигать и осмысливать. Да, можно прожить жизнь в бытовой суете нашей повседневности и за ней не увидеть чего-то важного. Обилие информации стало отличительной чертой современного мира.

Но здесь, в одном из самых труднодоступных мест мира, этой информации напротив жесткий дефицит. Мир, в котором жили наши предки, был богатым на вкусы, запахи и краски.

Разнообразие жизни стало основной сложного и многогранного восприятия жизни. Окружающая нас действительность послужила почвой для духовного роста людей, среди которых рождались настоящие титаны духа и гиганты мысли.

Здесь, в этих суровых горах всего очень мало. Мало красок, мало пищи, мало запахов. А та пища, которая есть, не разнообразна.

Сколько красок, запахов и звуков содержит наш лес! Это огромный мир с тысячами обитателей, каждый из которых живет своей жизнью.

А здесь много только безжизненного камня и неба над головой.

Мне понравились жители Ладакха. Они довольно добрые и спокойные. Их, в отличие от индусов, не испортил туристический бум.

В этих темных лицах есть что-то притягательное и простое. Но жизнь их примитивна, и сами они бесхитростны и скромны. У них, конечно, есть, чему поучиться.

Но ставить их на некую более высокую ступень просветления, как делал это Рерих… В масс-медиа есть образ тибетского монаха, как некого существа, понимающего что-то такое, что не может постигнуть западный человек, вертящийся в беспокойном мире платежей по ипотеке и заботой о том, достаточно ли зеленым выглядит газон перед его домом.

Может это просто другая крайность. Но в действительности бытие ладакхцев изобилует пережитками древности, довольно дикими обычаями и убогостью жизни в тягостных условиях безжизненной высокогорной пустыни. И мысли их полнятся заботами о выживании, а не о Будде Майтрейе.

Конечно, им тоже надо во что-то верить, иначе долго не протянешь. Но это не от избытка мудрости, отнюдь.

Видимо кризис духовности Западного Человека подсознательно толкает многих на поиск какого-то просветления вне своей культуры. Отсюда все увлечения восточными практиками, йогой, Фэн-шуй или веганством.

Наблюдая мир ипотек и зеленых газонов, хочется верить, что где-то еще есть истинное понимание жизни. И страждущий взгляд американцев и европейцев обращается на Восток в поисках Шамбалы, высшего знания или вселенской мудрости.

Но 99,99% процентов получают лишь миражи, созданные масс-медиа и предприимчивыми дельцами. Недаром, налоговые отчисления доходов от Ашрамов (духовных центров) и всякого рода мудрецов и гуру типа Саида Бабы занимает существенное место в бюджете Индии, но опять же просто спрос создал предложение и породил множество религиозных шарлатанов.

Перевал в Гималаях высотой с Эльбрус. Трек Ладакх-Спити


Вы прочитали статью, но не прочитали журнал…

Читайте также: