Грузия. козифа, глухой край долины монастырей

Козифе было суждено стать первой обителью в этих краях. Отцы-основатели, возможно, из соображений безопасности, выбрали наиболее труднодоступное место во всем ущелье, в густом лесу у речки Ткемловнисцкали, одного из притоков Дзамы.

Сложно представить, сколько времени занимал путь в Козифу тысячу лет назад… Все последующие монастыри строились ближе к общим дорогам.

Грузия. козифа, глухой край долины монастырей

Старейшая из монастырских церквей — Введения во храм Пресвятой Богородицы — была построена из внушительных базальтовых плит в VI-VII веках, еще до Атенского Сиона и знаменитого храма Джвари. Со временем к ней были пристроены несколько церквей.

На пике своего расцвета комплекс занимал обширную территорию и даже располагал водопроводом. Но в XVII веке последние монахи покинули пребывавший в упадке монастырь, и все последующие годы Козифа приходила в руины под натиском леса.

Угловая и вторая по размерам в комплексе церковь в честь Воскрешения Лазаря.

Арочный вход.

Орнамент на входе.

Найденные на территории остатки посуды и глиняных труб древнего водопровода.

По словам Антимоза, к тому моменту как в этих краях вновь появились люди, постройки давно ушли под землю и остатки монастыря каким-то образом определили по невырубленным деревьям. Когда территорию начали очищать, выяснилось, что часть церквей разрушилась, а от богатой росписи главного храма остались незначительные фрагменты.

Главным открытием стал подвал Лазаревской церкви, где уцелела рака с мощами монахов-мучеников (отдельный вход в эту часть церкви как раз заканчивали облагораживать к моему приезду). Новой датой рождения Козифы стало 17 июня 1997 г., с этого момента каждый новый день преображает монастырь в лучшую сторону.

Говорят, то, что есть сейчас ни в какое сравнение не идет с тем, в каком состоянии он достался первым обитателям, а учитывая, что братьев всего пять человек плюс послушники, объем проделанной ими работы впечатляет.

Крест на торце главного храма сделан из особого камня, меняющего свой цвет в зависимости от температуры воздуха.

Кто-то заботливо подобрал кусок кости и положил ее на окно, очевидно полагая, что это человеческая кость.

Антимоз отворил нам храмы. Единственная из всех церквей, имеющих роспись — Лазаревская.

Греческие мастера закончили работу недавно, а, учитывая, что они могли приезжать на короткий срок, роспись сильно растянулась по времени. Остальные церкви, также как храм в Ортубани и сотни других храмов по всей Грузии, еще только ждут своей очереди и когда она наступит никто не знает.

Мы входим в главный храм, стены и каменный иконостас уже побелены, но редкие и еле заметные островки с сохранившимися следами былой росписи не тронуты. Здесь Антимоз облачился в епитрахиль и вынес мощи…

Мы зашли еще в две церквушки, первая встретила свежеотбеленными стенами, а вторая — отсыревшей и отвалившейся штукатуркой, из под которой, словно кости, выглядывали серые камни, настраивающие на мысли о вечном сильнее, чем тонкая работа заморских художников.

Роспись церкви в честь Воскрешения Лазаря.

Церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы. Видны участки с остатками былой росписи.

Антимоз с мощами.

Небольшие церкви — побеленная и нет.

Чуть ниже по склону холма, прислужники заканчивали работы по облицовке входа, ведущего в помещение, расположенное под церковью Воскрешения Лазаря. Пройдя длинный неосвещенный коридор, мы оказались в небольшом подвале, в котором были обнаружены останки монахов-мучеников за веру.

Последнее, вероятно, лишь яркая история, потому что расчистив саркофаг на один метр, исследователи не обнаружили дна у сложенных аккуратными рядами костей, что говорит о многих десятках (если не сотнях) людей, упокоившихся здесь; едва ли они погибли в одно время, скорее всего подвал выполнял роль монастырской усыпальницы. Как бы то ни было, кости доступные к обозрению — не типичное для Грузии явление и встречались мне лишь дважды до этого — в монастыре Зарзма и в языческих некрополях Аргунского ущелья на границе с Чеченской республикой, возле Шатили.

Антимоз зажег лампаду и тусклый свет осветил два десятка черепов, аккуратно выставленных на наспех сооруженной полке…

Вход в подвал.

Коридор.

На выходе из костницы Антимоз просил следовать за ним, и мы направились по тропинке в сторону леса. Справа на небольшом возвышении осталась часовня, переливавшаяся бирюзовым цветом и выглядящая благодаря необычной окраске древнее остальных монастырских построек.

Поблизости от часовни находится бревенчатый домик, одна из комнат которого была кельей первого (после долгих лет забвения) наместника Козифского монастыря молодого архимандрита Шио, вернувшего к жизни давно заброшенную обитель (он также восстановил Дзамский и Тбетский монастыри). В последние годы отец Шио был настоятелем Кинцвиси и погиб в автокатастрофе в 2006 году (его могила находится слева от входа в монастырь), было ему всего 31 год…

В комнате — кровать, тумбочка и древний — не то сто не то триста лет — массивный аналогий перед иконой Шио Мгвимского.

Келья архимадрита Шио.

Ведя нас дальше через лес, Антимоз рассказал историю про неких охотников, которым было видение. На месте, где это произошло, была построена неказистая, но необычная часовня.

Стволы двух старых деревьев стали опорами и частями стен цилиндрической постройки, на каждой из них по иконе, причем одна икона врезана в ствол. Внутри — места на одного человека, да и тому не удастся выпрямиться в полный рост.

Часовня.

Погуляв еще немного по лесу и поспрашивав о жизни монахов и строгом уставе монастыря, да о диких животных, что водятся в здешних местах, мы вернулись на поляну и вскоре покинули Козифу. Обратная дорога оказалась более живописной — солнце светило в спину.

Заметили место, которое не увидели по пути сюда: в километре от Орхеви, нового монастыря, перегородившего своими мощными стенами дорогу, один из притоков Ткемловнисцкали падает со скалы, шум воды до дороги не доходит — его поглощают деревья. Проехав очередную синюю табличку — указатель на монастырь — я поймал себя на мысли, что целой жизни не хватит, чтобы побывать в каждом из них…

Вспомнились слова Антимоза о еще семи монастырях поблизости; он имел ввиду, что в этих краях еще есть, что посмотреть.

Веточка молодой ели.

На обратном пути.

Мужской монастырь Орхеви.

Водопад.

15 июня 2014 г.

Лалита Данилова в Грузии


Вы прочитали статью, но не прочитали журнал…

Читайте также: